Но упорно отказывалась сообщать остальным, от КОГО…

Правда, при этом так таинственно и многозначительно посматривала на лидера «Натиска», что всем сразу все становилось ясно… Кроме совершено неискушенного в отношениях с противоположным полом Кенсая. Но это его особо и не интересовало.

Мало того, у Хакури начался токсикоз, который повлек за собой полное извращение вкусовых пристрастий, и, как следствие, привел к тому, что в меню остальных членов «Натиска» и иногда забегающих к ним в гости друзей появились весьма… интересные блюда.

Впрочем, никто особо не страдал, предпочитая изобразить отсутствие аппетита, и тайком сытно перекусить в рун-мидгарском общепите…

… Как-то раз, погожим утром забежав в «гости» к Хакури, Кенсай с удивлением воззрился на алхимичку лидера гильдии, уютно устроившуюся на подоконнике с мешком пряников на коленях. В руках девушка вертела бутылку острого соуса…

Челюсть монаха, не подозревающего о существовании подобных кулинарных извращений, с лязгом устремилась к полу. Хакури, не обращая на него никакого внимания, щедро намазала пряник соусом и, мурлыкая от удовольствия, отправила его в ротик.

- Оказывается, пряники с острым жгучим соусом – это очень вкусно! – прокомментировала она, ни к кому особо не обращаясь, ибо несчастное акопроизводное продолжало неблагодарное дело по отлову упавшей челюсти.

- Э… - только и смог промычать Кенсай.

- А вот бананы с крассной и желтой приправой, - Хакури заинтересованно уставилась на гордость монастыря Св. Катарины, теперь входящую в их гильдию… - Бананы с приправами, я тебе скажу, гадость отменная! Тьфу!

- Угу! – кротко согласился кенсай, втайне пожалев, что не прихватил с собой стуннер, ибо состояние Хакури лично ему, на своей шкуре уже познавшему прелести сумасшествия, внушало некоторые опасения…

- А пряники – так просто вкуснятина! – продолжила ничего не подозревающая девушка.

- А… А почему ты… - Кенсай мялся и краснел, так как с девушками общаться не умел вкорне. Мало того, все его сведения о противоположном поле сводились исключительно к книгам и наблюдениям со стороны. Что отнюдь не прибавило ему действительно ценных и полезных знаний. – Почему ты их … ТАК… ешь?

- Ну-у… -Хакури начала подозревать, в чем дело. Так, великий монк, видно, не в курсе относительно кулинарных предпочтений беременных женщин… - Э-э… Как тебе сказать? Вкусно это. Вот. И полезно.

- …?????! – Кенсай заинтересовано уставился на мешок.

- И вообще (чтоб ты отвязался!!!!!!), сейчас многие ТАК едят. В новом сезоне это модно! – огрызнулась химик. Ее разговор порядком утомил.

- … - монах робко протянул руку к заветному мешку.

Хакури обреченно вздохнула и густо полила протянутый пряник соусом…

- Ээээ???!!!!! – Кесарь похлопал глазами, потом крепко зажмурился и потряс лохматой головой… Еще раз протер глаза кулаком, ущипнул себя за щеку, проморгался, вышел из комнаты и снова зашел…

Все безрезультатно! Видение не исчезло! Прямо перед его носом на подоконнике сидели Хакури и Кенсай и спокойно уминали пряники, густо поливая их острым соусом и мурлыкая от удовольствия.

- А чего это они? – пробормотал себе под нос ошарашенный лидер «Натиска».

- Извращение вкуса – первый признак беременности! А ты разве не знал? – спокойно откликнулся из своего угла Гилдор. – Хакури же беременна… Кажется, мы все в курсе… и даже знаем, от кого!

- Ну да! Знаем! – согласился Арктурус, вваливаясь в комнату вслед за Кесарем и Гилдором. – Она ведь ещё может и на алименты подать!

- Аэ…? – Кесарь беспомощно сглотнул и только ткнул пальцем в сидящего на подоконнике Кенсая.

- Он хочет сказать, а что это наша Азурка у нас жрет? – хмыкнул Гилдор.

- Хыясно дело, он тоже, от Кесаря наверное беременный и тоже, наверное, алименты получать будет! – радостно предположил Арктурус.

-О-ох!!! – Кесарь, как подкошенный, рухнул на пол…

… И увидел он залитую ярким солнцем поляну под синим-синим небом. На поляне росли прекрасные цветы… На поляне стояла ОНА – самая прекрасная и нежная, в своей белой шелковой мантии… Серебристые волосы трепал легкий ветерок, зеленые глаза светились теплом и пониманием, тонкие изящные пальчики… сжимали ПРЯНИК, ГУСТО НАМАЗАННЫЙ СОУСОМ.

- А мне, пожалуйста, алименты плати сайфарами! – деловито сообщила Валькирия, откусывая ровно половину злосчастного лакомства. Соус «изобразил» на ее прекрасном лице кровавые «вампирские» разводы…

- АААААААААА!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

… Пикантная так и не поняла, что случилось, когда проснувшийся среди глубокой ночи Кесарь вдруг начал активно выпинывать её из постели, громко вопя при этом про какие-то пряники, соус, алименты, Валькирию, Хакури и вредность полигамии…

- Какие пряники? Какой соус? – ворчала епископша, поспешно собирая раскиданные накануне вечером вещи. – У тебя же вечно ничего пожрать найти невозможно, кроме спиртного, а в шкафу давно лунатик повесился!..

Но Кесарь и слушать ничего не хотел, продолжая истерить и показывать широким жестом на дверь. И Пикантная, обреченно вздыхая, поплелась ночевать к Джахракал: уж она-то ей всегда рада…